КРЕМНИЕВАЯ ЛИХОРАДКА

Наука и техника

«Кремниевая долина -- это больше чем место.
Это феномен, это стиль жизни, культура,
конгломерат идей, луч надежды, набор возможностей,
микрокосм потенциального будущего».

(Роберт НОЙС, изобретатель интегральной схемы,
основатель и руководитель фирмы Интел)

Прежде чем продолжить свои репортажи из Кремниевой долины
о суперсовременных технологиях, идеях и проблемах, ими порождаемых,
мне хочется, чтобы вы смогли, пусть приблизительно, но представить,
что такое Кремниевая (Силиконовая) долина в Калифорнии

Степан ПАЧИКОВ стал легендой российского компьютерного мира. В далеком 1989-м создал совместное российско-американское предприятие ПараГраф -- может быть единственное в нашей стране, существующее только за счет продажи собственных программ и технологий. В 1992-м открыл в калифорнийской Кремниевой долине штаб-квартиру, где в последние годы проводит большую часть времени. Сегодня разрабатывает свой самый амбициозный проект АльтерЭго.

Недавно я где-то прочитал, что Кремниевая долина занимает первое место в экспортном балансе США. Почему-то мне это напомнило тридцатилетней давности историю вручения Битлз орденов Британской империи за вклад в британский экспорт. Как и Битлз, Кремниевая долина -- это замечательное совпадение таланта, везения и времени.

На географических картах Кремниевой (или Силиконовой) долины вы не найдете, такого географического понятия не существует. Более того нет никакого формального определения Кремниевой долины. Долгое время Кремниевой долиной называли пять небольших городов в окрестностях Стэнфордского университета -- Пало-Альто, Саннивейл, Маунтен-Вью, Купертино и Санта-Клара -- в двадцати милях к югу от Сан-Франциско. Сегодня Кремниевой долиной называют всю экономическую зону от Сан-Франциско до Сан-Хосе включительно.

Пало-Альто знаменит не только Стэнфордским университетом, линейным ускорителем или огромным радиотелескопом, с помощью которого в шестидесятых годах искали внеземные цивилизации. Именно здесь в 1906 году Де Форест изобрел первый ламповый триод, а в 1912 году применил его для усиления звуковых и радиосигналов. С этого года принято отсчитывать начало электронной эры. Здесь братья Варьян изобрели клистрон -- СВЧ-генератор, ставший сердцем радарной системы, спасшей Британию от налетов Люфтваффе. Здесь в 1937 году два выпускника Стэнфордского университета Уильям Паккард и Дэвид Хьюлетт организовали в гараже фирму по производству звуковых генераторов -- сейчас в фирме Хьюлетт-Паккард работает почти 100 тысяч человек. Изобретатель транзистора Уильям Шокли после получения Нобелевской премии вернулся в 1956 году в родной Пало-Альто и организовал первую полупроводниковую фирму Shockley Semiconductor Lab., давшую начало всей полупроводниковой промышленности. Покинувшие эту фирму молодые инженеры организовали в 1957-м фирму Fairchild Semiconductor, которую возглавил 27-летний Боб Нойс, он же в 1961-м изобрел интегральную схему. В 1968-м Нойс и другой блестящий инженер, химик Гордон Моор, покинули Fairchild и организовали новую фирму Intel, где в 1971-м Тэдом Хоффом Младшим был изобретен микропроцессор. В 1975 году Стив Джобс и Стив Возняк сконструировали на базе микропроцессора первый персональный компьютер и создали знаменитую фирму Apple со штаб-квартирой в Купертино.

И братья Варьян, и Хюлетт с Паккардом, и многие другие молодые ученые обязаны неуемной энергии профессора Стэнфордского университета Фредерика Термана, которого многие зовут отцом Кремниевой долины. Терман на протяжении десятков лет создавал этот уникальный инкубатор, поощряя молодых ученых и инженеров организовывать частные фирмы и коммерциализировать научные изобретения. Быстро и красиво разбогатеть, превратив идею в несколько сот миллионов долларов -- вот основной спорт Кремниевой долины. Повторяю: не просто быть богатым, а сделать деньги из идеи, часто даже не научной, а скорее организационной, вот это да. Причем очень важно подчеркнуть, что вы «начали с нуля», не дай бог, если узнают, что вы вложили папины деньги -- позору не оберетесь. Да, у Била Гейтса папа был не бедный, но Microsoft и свои 20 миллиардов Гейтс сделал не на папины деньги. Вообще, наличие богатых родителей в этих местах принято не афишировать. Долина породила свою этику. В одной из книг, посвященных анализу феномена Кремниевой долины, приводилось интересное объяснение, почему мощная высокотехнологичная индустрия Бостона -- в основном сосредоточенная вдоль 128 дороги, полукольцом опоясывающей город -- проиграла Кремниевой долине. В ней, в частности, было сказано, что пуританские традиции Новой Англии не позволяли человеку часто менять место своей работы. Кремниевая долина, лишенная всех этих условностей, породила новую систему ценностей. Люди легко переходили с места на место, основывали новые фирмы на базе идей, которые зародились на предыдущем месте, -- вспомните фирму Intel -- позволяя идеям с огромной скоростью циркулировать, опыляя всю Кремниевую долину. Именно летуны сделали ей славу.

Не последнюю роль в успехе Кремниевой долины сыграл великолепный климат. Полупроводникам все равно, а людям он очень нравится. Долина отделена с запада от холодного воздуха Тихого океана горной грядой Санта-Крус, а с восточной стороны горы Сьерра-Невада отделяют долину от горячего воздуха пустыни. До океана 45 минут на машине, и хотя мало кто купается -- вода 14 -- 16 градусов круглый год из-за холодного арктического течения -- великолепных пляжей, на которых можно загорать, много, и места всем хватает. Поездка на океан -- любимое времяпрепровождение сотрудников Кремниевой долины. В четырех часах езды в другую сторону расположено великолепное горное озеро Тахо -- калифорнийское озеро Рица -- с дюжиной фешенебельных горнолыжных курортов.

Трудно перечислить все множество факторов, определивших уникальный облик и роль Силиконовой долины: Стэнфордский университет, близость к крупному культурному центру -- Сан-Франциско, великолепный климат и ландшафт, калифорнийский дух -- наследие Дикого Запада и Золотой Лихорадки, удаленность от политических и финансовых центров с их бюрократией и консервативным мышлением, слабость пуританских нравов, уникальные личности, вроде Фредерика Термана и, может быть, что-то еще, что сейчас мне и не приходит в голову. Многие страны с разной степенью успеха пытались повторить феномен Кремниевой долины: шотландская Кремниевая долина, японский Кремниевый остров, Кремниевая пустыня в Аризоне, Кремниевые прерии в Техасе. Есть Кремниевые долины в Канаде, Франции, Польше, Бразилии и многих других странах.

Вполне возможно, что именно посещение Кремниевой долины подтолкнуло Никиту Хрущева к созданию Академгородка в центре Сибири. Но Кремниевая долина -- это не только высокая концентрация ученых и студентов, это не только бурная энергия и вольнодумство -- все это было и в Академгородке -- это еще феноменальный дух наживы и предпринимательства, витающий в этих краях со времен «золотой лихорадки» 1849 года. В Кремниевой долине на площади вдвое меньшей, чем княжество Монако, в 1984 году насчитывалось 15000 миллионеров. Сейчас их в несколько раз больше. Здесь не душили на корню фирмы типа «Факела», как это делали в новосибирском Академгородке, и секретарь Сан-Францисского обкома республиканской партии не называл Кремниевую долину «осиным гнездом, которое надо выжигать каленым железом». Сегодня мало кто помнит это комсомольско-молодежное хозрасчетное предприятие, которое настолько успешно внедряло в производство новые научные разработки, что Новосибирский обком партии не только стер эту фирму и ее руководителей в порошок, но фактически возглавил реакцию на хрущевскую оттепель, традиции которой Академгородок продолжал вплоть до ввода войск в Чехословакию в 1968 году. (Ау, Федор Степанович Горячев, где вы построили свой персональный особняк? Каким руководите банком?) Есть что-то фатальное в том факте, что первый слиток золота был найден недалеко от Русской речки в Калифорнии почти сразу после того, как русская колония решила покинуть эти места.

Сегодня Кремниевая долина, как вся Америка, сходит с ума от Интернета. Но об этом была первая статья (см. «Огонек» № 45, 1996 г.), об этом будут и многие последующие.

Уже утро, мне пора на работу, но сначала я должен переправить по Интернету эту статью в Москву и надеюсь, что с ней поступят гуманнее, чем с моей первой статьей. Завтра у меня заседание правления ПараГрафа, и мне предстоит бороться с духом наживы и предпринимательства, который привнесли в нашу фирму молодые калифорнийские менеджеры, но это уже предмет другого разговора.