ДЕТИ СМУТЫ

Тема номера

В стаю человека обычно загоняет страх. Стая сбивается из слабых и ущербных и становится силой. Как это у поэта? Единица -- вздор, единица -- ноль, но если в партию (понимай, стаю) сгрудились малые -- сдайся, враг, замри и ляг. Враг, конечно же, крайне желателен. Поэтому стаи почти всегда агрессивны.

Врага можно отыскать среди болельщиков другой команды (фанаты «Спартака» избивают фанатов «Зенита»), другой национальности (не прекращаются избиения кавказцев на рынках), среди тех, у кого другая прическа или другая одежда...

Стая чаще всего -- прибежище молодых. Тех, кто не может укрыться в своей семье или среди сослуживцев.

Смутные времена, которые мы нынче переживаем, множат ряды перепуганных и неустроенных. Вот потому, что ни день, возникают новые стаи. Недавно некий «Союз сил сопротивления» под названием «Гамаюн» хамски заявил о себе, разбросав листовки на премьере оперы в Большом театре. Этот «Союз» разослал также угрожающие письма главным редакторам крупных СМИ, в которых обвинил их в «пособничестве существующему режиму». Письмо заканчивалось словами: «...не следует надеяться на безнаказанность -- народ проснется».

Экстремизм -- явление вечное. Но у нынешнего экстремизма свое лицо. Мы попытались в него вглядеться.

МЫ С ТОБОЙ ДВА БЕРЕГА

Ту часть молодежи, которая входит в различные
политические движения, разделили в Воронеже не только идейные барьеры,
но и географический -- река Воронеж

Если на правом берегу молодежь настроена достаточно демократично, то левый берег -- рассадник фашистских настроений. Прямое неудобство неофашисты причиняют пока в основном дворникам. Им в Воронеже приходится срывать листовки, которыми бойцы баркашовского движения «Русское национальное единство» регулярно оклеивают весь город.

Искусством настенной агитации воронежские бойцы «РНЕ» овладели в совершенстве: лепят свои объявления, приглашающие в группы рукопашного боя, или просто воззвания типа «Русские, объединяйтесь!» на каждом столбе на трехметровой высоте. Чуть ли не каждый второй забор в городе украшен огромной свастикой.

Действуют коричневые вполне легально. Штаб находится в монтажном техникуме, директор которого -- один из лидеров местного отделения «РНЕ». Газета «РНЕ» «Русский порядок» до последнего времени продавалась во всех киосках «Роспечати». Два кандидата от «РНЕ» даже баллотировались в областную Думу -- правда, проиграли.

Русский порядок сыны Баркашова наводят в городе вместе с властями. Недавно бойцы «Национального единства» объединились с ОМОНом и приняли участие в качестве дружинников в нескольких рейдах на городских рынках -- ловили нарушителей правил торговли и пугали народ своими свастиками на плечах. Пойманные баркашовцами нарушители (около 90 человек!), по словам замруководителя отделения «РНЕ» в Воронеже, все до единого оказались нерусскими. Борьбу с врагами нации можно считать открытой.

А недавно в Воронеже разразился скандал. В местной прессе появилось письмо к губернатору, написанное руководителем воронежского «РНЕ» г-ном Лалочкиным. На том основании, что движение занимается патриотическим воспитанием молодежи, он просил предоставить помещение для тренировок, выделить деньги и транспорт. Письмо одобрил советник губернатора, а сам губернатор, несмотря на поднявшийся шум, так и не дал официального ответа.

На любые критические публикации «РНЕ» реагирует очень болезненно. За-брасывает редакции письмами с угрозами. По словам местных журналистов, двоих их коллег разъяренные фашисты даже избили. Известны по этому поводу слова предводителя воронежских баркашовцев: «Я не отдам приказа избивать, но пойму тех, кто это сделает».

Тренируются боевики «РНЕ» в спортзалах воронежских школ, директорам которых, видимо, близки националистические чувства. Летом руководство «РНЕ» вывозит молодых бойцов на природу, на специальные тренировочные базы, где закаляет духом и прививает ненависть к врагам русской нации.

У многих, правда, боеспособность отрядов «РНЕ» вызывает подозрения. Пресс-секретарь Конфедерации свободного труда Леонид Диденко рассказал историю о том, как бойцы «РНЕ» во время выборов в Госдуму не могли справиться с группой агитаторов «Яблока», хотя тех было вдвое меньше. «В «РНЕ» идут закомплексованные дохляки, которые хотят, чтобы их держали за суровых сибирских мужиков», -- считает Диденко.

По словам заместителя руководителя воронежского отделения «РНЕ» Евгения Еньшина, «суровых сибирских мужиков» в городе 19 тысяч. Среди них якобы есть офицеры армии и милиции. К этим данным власти не без оснований относятся скептически, хотя и не отрицают, что неофашистов в Воронеже много.

Хоть баркашовская организация -- движение не молодежное, подавляющее большинство его членов -- молодые ребята с левого берега Воронежа. Там находятся почти все ПТУ и промышленные предприятия, на которых давно не платят зарплату. По уровню преступности и наркомании эти районы в шутку сравнивают с Гарлемом. А может, и всерьез: почти 90 процентов молодежи там к 18 годам уже пробовали наркотики -- гласит статистика.

На правом берегу находятся все городские вузы (Воронеж -- вузовский центр), и молодежь там в целом поприличнее. Она значительно менее политизирована, а если и входит в политические или общественные движения -- то, как правило, не в красные и не в коричневые.

Объединения правобережной молодежи -- это скорее клубы, или проще тусовки, чем грозные политические силы. Так, например, Свободный профсоюз студентов листовкой зазывает молодежь в свои ряды: «К пиплам России! Мы, пораскинув мозгами, забили тусоваться тугезер. Слабо захилять в наш профсоюз?»

Таких тусовок около двадцати: от Ассоциации свободных художников, в которую «захиляли» все, кто в душе ощущает себя свободным художником, до монархического движения «Белое дело».

Объединяются эти разношерстные компании только в крайних случаях. Недавно выступили против фашистов: все лидеры подписали обращение к городским властям, требовали наказать «РНЕ» за то, что оно испортило городской вид своими листовками и свастиками. Борются они и с коммунистами. На президентских выборах почти все молодежные организации вошли во вновь созданное движение «Россия молодая». Провели несколько акций. Например, поверх прозюгановских листовок наклеивали большие листы с надписью «Заражено». Накупили грабель, покрасили их в красный цвет и разбросали на главной улице. Акция называлась «Не наступите на красные грабли». В кинотеатре «Юность» устроили даже фестиваль антитоталитарных фильмов: крутили, например, «Полет над гнездом кукушки» и «Убить дракона», а перед фильмом вместо киножурнала показывали спектакли, распевали песни и читали стихи собственного сочинения. Зал заполнялся до отказа.

Обитающая на правом берегу, как видим, выбирает цивилизованные методы борьбы -- устраивает пропагандистские шоу, клеймит фашистов в стихах и соответственно голосует. На этом поле «левобережники» им всухую проигрывают. Но они и не намерены воевать «на этом поле».

-- Как вы поведете себя, если повторится ситуация с Белым домом? -- спросил я бритого бойца «РНЕ».

-- Белого дома просто не будет, -- мгновенно ответил бритый, не уточняя экспозицию: что за конфликт возник вокруг Белого дома. «Не будет» -- и все.

СКОЛЬКО КОРИЧНЕВЫХ В СТРАНЕ?

Cтаршие товарищи «Нацединства» в Москве утверждают, что подразделения «РНЕ» существуют в 350 городах и весях России, а также во всех республиках бывшего СССР.

Сколько коричневых в стране, точно не знает никто: рядовых «бойцов» нигде не фиксируют, они время от времени просто собираются на эрэнешные тусовки и общаются. Однако, послушав баркашовских командиров, я рискнул посчитать: получилось, что в «РНЕ» чуть ли не четыре миллиона человек.

Впрочем, даже если неофашистов в десять раз меньше, то и этого много. Поскольку они резко выделяются из толпы, кажется, что их несметные полчища: носят они специфическую черную форму со свастиками на рукавах и ботинки на «тракторной» подошве, ходят группами и, если пропустят стаканчик за процветание русской нации, орут хором: «Жид, уё...вай отсюда, Россия для русских». Отряды «РНЕ» хорошо организованны, отношения строятся по принципу жесткой боевой дисциплины. Москвичи не раз наблюдали, как из «уазика» выскакивали пятеро молодцов в черном, строились перед командиром, отдавали честь. Через десять минут микрорайон оказывался густо оклеенным шедеврами в жанре слогана, вроде «Россия -- русским».

По словам депутата Госдумы Дарьи Митиной, самые крупные подразделения «РНЕ» находятся в Ставрополье (не мудрено) и в Краснодарском крае. Вообще же прослеживается тенденция: чем нестабильнее ситуация в регионе, тем крепче позиции у коричневых. Ничего, в сущности, необычного: Германия, 1933-й...

Крепнут ряды верных бойцов Баркашова и в областях вокруг столицы. Например, во Владимире, в Туле, в Сергиевом Посаде, в Клину и Рязани эрэнешники имеют удостоверения дружинников и вместе с местным ОМОНом «шмонают» рынки. Раньше по рынкам ходили отряды казаков, но казаки, как рассказывают местные, были нечисты на руку: одних нарушителей правил торговли прогоняли, с других брали мзду и оставляли. А эти -- идейные.

Но вот парадокс: куда бы кандидаты от «РНЕ» ни баллотировались, везде терпят поражение, причем сокрушительное. Многие связывают такую неудачливость с тем, что у весьма разрозненных группок неофашистов нет настоящего, известного простому люду лидера. Вполне очевидно, что сам Александр Баркашов -- не харизматический лидер. Живет в избе с обилием безвкусных иконок, часами молится, изредка встречается со своими адептами и мямлит что-то невразумительное. Это не тот человек, который говорит: «это однозначно» или «упал -- отжался».

Около года назад в российском посольстве США был специально назначен человек, который должен заниматься различными праворадикальными группировками, в том числе и «РНЕ». «Я думал, что в России нет проблемы экстремистских движений, -- в приватной беседе сказал он. -- Однако сейчас я вижу, что «РНЕ» -- это действительно сила».

ЭКСПЕРТИЗА

Леонид ГОЗМАН, заведующий лабораторией политической психологии МГУ

Политические экстремисты во все времена -- это люди, которые не хотели ждать. Знаменитый роман Трифонова о Желябове не случайно назывался «Нетерпение». Не могли ждать, и потому вынуждены были, например, убивать царя.

На экстремистские действия легче идут те, кто слабо интегрирован в систему. Те, у которых нет дома, семьи, собственности. Естественным образом среди этих людей большинство составляет молодежь. Более старшие все-таки как-то адаптируются. А главное, с возрастом проходят непомерные притязания -- именно то, что подталкивает к антисоциальным действиям.

Человек часто становится экстремистом, когда убеждается, что эволюционным путем этот мир, а главное его место в мире, не может быть изменен. Бытовой пример. Допустим, некто мечтает купить автомобиль, но для этого требуется его столетняя зарплата. Значит, деньги можно добыть каким-то чудом или преступлением, что тоже является формой чуда.

Политический экстремизм изменился, и современные террористы очень отличаются от бомбистов девятнадцатого века. Народовольцы, например, когда охотились за коронованным зверем, были весьма озабочены тем, чтобы не пострадали невиновные. Террористы сегодняшние выбирают объектом насилия чаще всего невиновных людей.

Экстремистские организации в своей повседневной деятельности грубо, демонстративно нарушают права общежития. Например, когда американские фашисты устраивают марш с нацистскими знаменами через еврейский район Чикаго. Действия нынешних экстремистских организаций -- действия всегда демонстративные. Это агрессия на символические объекты: тело Ленина или памятник Николаю, синагогу и т.д. Проявляя такую агрессию, они нарушают человеческие и божеские законы, и это нарушение для них -- самоценно.

Что же собой представляет эта публика?

Поскольку экстремизм отнюдь не только наша проблема (эта проблема существует во Франции, в Англии, в США, в Латинской Америке и т.д.), то вполне можно пользоваться накопленной информацией. Ведь американские фашисты по психологическому типу мало отличаются от воронежских.

Оказалось, что люди, которые рекрутируются в экстремистские организации,-- это люди прежде всего неадаптированные. Я уже говорил, что экстремизм провоцируется невозможностью достичь своих целей эволюционным путем.

Если смотреть биографии экстремистов, то это, как правило, ребята, которые плохо учились в школе. Среди них очень много детей из неблагополучных семей, тех, которых не любили ни в школе, ни дома -- нигде. Экстремистская группа, в которую они вошли, была первым сообществом, где их приняли как людей. Приняли за своих. Между прочим, похожий прием оказывается новичку и в уголовных группировках.

В экстремистских группах все делается, чтобы у людей появилось ощущение братства. «Мы -- вместе, мы делаем одно дело, мы -- едины»...

Как общество может защитить себя от экстремистов? Экстремисты всегда говорят от имени народа (или лучшей части народа). Например, от имени «истинных» мусульман, «настоящих» христиан, «правоверных» евреев. Это очень важное для них ощущение. Они чувствуют себя все время на сцене, а там, в темноте, -- зрительный зал. Люди, которые чувствовали себя ничтожными, ненужными, попадая «на сцену», ощущают свою значимость. Они не видят зала. Но предполагают, что он готов взорваться аплодисментами.

У общества, которое хочет защитить себя от экстремизма, есть единственный способ защиты -- не аплодировать.

В Западной Европе с террористами почти справились. Конечно, честь и хвала их спецслужбам, которые работают гораздо эффективней, чем наши. Но спецслужбы могут предотвратить конкретный теракт, обезвредить конкретную группу, победить же экстремизм как идею может только общество.

Такие люди и их организации должны подвергаться остракизму, общественному осмеянию.

Вот когда общество в Западной Европе поняло, что экстремисты в лучшем случае опасные сумасшедшие, а в худшем -- бешеные собаки, которых надо отстреливать, террор резко пошел на убыль.

«ЗАПАДЛО БЫТЬ ГОПНИКОМ»

Лагерь творческого актива Мордовии -- атавизм светлого прошлого с его «Орленками» и «Артеками». И каждый год я становлюсь свидетелем удивительного феномена, когда небольшая горстка из пятнадцати-двадцати фэнов андеграунда за три недели меняет ценности целого сообщества.

Раздел территории происходит в первые два дня. Сначала по одежде. Спортивное трико, олимпийки, обычные брюки фэны именуют «тряпьем гопников». Бандан, рваные джинсы, черная майка с аляпистым портретом кумира, браслеты, дерматиновая куртка а-ля «Харлей Дэвидсон» -- это круто, а значит, свое.

Почти одновременно идет деление по музыкальным пристрастиям. Девочка, первый раз приехавшая в лагерь, вышла на сцену имитировать песню Алены Апиной. Панки ей с удивлением: «Ты слушаешь эту чухню?» Девочка растерялась. Раздумий хватило на неделю. Через неделю подошла к подругам, попросила послушать «Парк Горького». Не понравилось, но виду не подала: главное -- не чухня.

Начавшаяся с «дымов костров» и «корабликов детства» смена заканчивалась «Чижом» и «Крематорием». Пропев три вечера пресловутые и до боли сладкие орлятские песни, дети высказались жестко -- больше не будем.

Конкурсы видеоклипов, рок-шоу, дискуссии под пресловутым названием «за и против рока» -- базисные в этой неосознанной борьбе. Предложения инсценировать песни Киркорова, Овсиенко и иже с ними отметались набирающими силу авторитетами как лажевая попса, достойная лишь инсценировки младшими отрядами. Несогласных с таким положением... нет, не били. Названия «гопник» было достаточно, чтобы почувствовать себя неловко.

Активный по своей бунтарской натуре панк каждым своим действием старается встать в оппозицию. Лозунги, экипировка, эпатаж, которые цепной реакцией отзываются в умах тех, кто еще не определился. Мама тринадцатилетней девочки жаловалась, что та выкинула новые кофточки и трико, объяснив, что «больше не хочет носить гоповское». Мой собственный брат ввел в не меньший шок маму, отрезав у всех вельветовых рубашек рукава, у брюк -- штанины, а у речи -- общеупотребительные слова.

Одним из важных шагов в мордовском лагере становится посвящение, которое должно проходить после отбоя. Атрибуты, символика, процедура -- дело субъективное. Присвоение прозвища -- клеймо, получив которое «одурманенный» новичок больше не имеет права на многие привычные поступки, попавшие отныне в категорию «западло». Западло ходить строем, ложиться с отбоем, слушать кассеты, привезенные с собой, не пить вино, общаться с не своими.

Приезжая из года в год, старожилы возводят эти традиции в категорию неких постулатов, невыполнение которых ведет к разборкам иного толка.

Уже в городе, спустя три месяца после смены, группой из тридцати подростков был избит Михаил Каверин. Любитель оперной музыки, он сам готовился к поступлению в филармонию, но многочисленные травмы привели к потере голоса. Произошло это после концерта «Крематория», проводимого в местном Центре культуры. На вопрос журналистов, к какой музыкальной группировке он относится, он ошарашенно сморщился. «Да ни к какой. Просто в нашу дыру артисты приезжают раз в сто лет. Ходил послушать».

Погубила врожденная любовь к брюкам и белым воротничкам. «Ты же гопник! Ты же паршивый гопник!» -- кричала толпа в такт ударам. Трезвая, но очумевшая от своих пристрастий толпа.

СКИНХЕДЫ

Скинхеды, или бритоголовые, -- самые экстремальные экстремисты. Главный лозунг: Россия -- для русских, и вообще планета -- для белых. Настольная книга -- «Майн Кампф» Адольфа Гитлера. Еще уважением у них пользуется истинный ариец Шварценеггер и лидер группы «Крэк» Кирилл Копосов. Вот несколько строк из его творчества: «Стопроцентный порядок и вечный рай наступят тогда, когда ты крикнешь «Хайль!» Это и есть «белый рок» -- музыкальный стиль бритоголовых.

Цель жизни -- отлавливать на улицах с виду не похожих на арийцев граждан и лупить. Поэтому пьяные скины периодически возникают у синагоги на улице Архипова и возле Университета имени Патриса Лумумбы.

Униформа вполне соответствует жизненным целям, с точки зрения уличных боев функциональна: огромные армейского стиля ботинки фирмы «Доктор Мартенс» (часто с кованными носами), камуфляжные брюки образца US Army, жилет «бомбер» цвета хаки. Эмблемы: свастика, кельтский крест, знаки СС.

Скинхеды русского образца близки по идеологии национал-патриотам, многие из них, взрослея, вступаю в ряды РНЕ Баркашова.

РКСМ(б)

Бывают комсомольцы тихие, бывают буйные. Тихие «тихо» греются под крылышком Зюганова (хотя сами это отрицают), их руководство не вылезает из Госдумы. Называются Российский коммунистический союз молодежи -- РКСМ. Буйные же недавно тоже были среди тихих. Но им было явно тесно: они критиковали Игоря Малярова (лидера РКСМ) за «бескостность и соглашательство» и вообще любили не Зюганова, а Анпилова. Недавно буйные откололись и назвались РКСМ(б) -- Революционный коммунистический союз молодежи (большевиков, а не буйных).

Теперь Павел Былевский -- лидер буйных -- чуть ли не каждый день морочит голову прессе, собирая бестолковые пресс-конференции типа «Методы действия российских спецслужб: погром независимой прессы и преследования оппозиционных политических активистов...». Еще они заявляют о неизбежности революции и даже свою газету «Бумбараш» переименовали в «Бумбараш- 2017».

Член РКСМ(б) взорвал мемориал Романовых и сидит сегодня в СИЗО. Его соратники испугались и тут же открестились от теракта. Говорят, Былевский увел из рядов тихих едва ли больше 20 -- 30 человек. А крику-то...

САТАНИСТЫ

«Мы забираем могучую энергию от Сатаны, который дает ее охотнее Бога. К тому же Вельзевул не требует взамен подвига, а только душу. Ну и пусть забирает». Так говорят сатанисты. Методика получения таких «энергетических коктейлей» весьма оригинальна: собираются сатанисты, как правило, на загородных кладбищах в новолуние или полнолуние, режут свинью и курицу обмазывают губы их кровью (это называется «в знак молчания»), монотонно читают какие-то свои молитвы и балдеют. В прессе писали о случаях, когда сатанисты приносили в жертву своих сверстников.

В России подпольно существует несколько сатанистских орденов, например орден Святой крови или «Белый лотос». Первый пытался даже зарегистрироваться в Минюсте, конечно под другим названием, но у него ничего не вышло. Крупнейшие центры сатанизма находятся в Твери, Воронеже и Петербурге, хотя можно ли говорить «крупнейший», когда всего поклонников Люцифера в России не больше тысячи. Читают они самиздатовскую «Сатанистскую библию» и говорят, что добро -- зло, а зло -- добро.

...Недавно были найдены несколько повесившихся сатанистов.

ЭКСПЕРТИЗА

Елена КАТ -- автор и ведущая
телепередачи «...До 16 и старше» на канале ОРТ
(рубрика «Чердак» о неформальной молодежи)

Вообще время революций и баррикад прошло. И для молодежи в особенности. Взять хотя бы панков -- это до сих пор самая крупная неформальная тусовка. Я вспоминаю алисоманов (поклонники панк-группы «Алиса») пятилетней давности, это были яростные боевики, которые по афишам выискивали концерты Богдана Титомира или группы «Кар-Мэн» (так называемых гопников), одевали кастеты, обвешивались цепями и прутами и шли отлавливать к надлежащим станциям метро этих самых гопников, которые возвращались со своих концертов. Отважные гопники отвечали тем же. Сейчас даже это прошло, и достаточно влиятельная по российским меркам тусовка алисоманов не вызывает у меня никакого страха. Вообще музыкальные тусовки как-то перестали быть острой социальной проблемой. Пафос группы «Пинк Флойд» -- борцов за всемирную свободу -- сильно повлиял в 80-е годы на настроение молодежи всей Восточной Европы. У нас группы «Кино» и «Наутилус Помпилиус» имели самое прямое отношение к переменам в обществе, потому что были молодежными идеологами.

А как сейчас тот же Костя Кинчев, священная корова нашего рока, может реально повлиять на социальный уклад? Представим невозможное: он на концерте призывает к свержению режима. Я думаю, это скорее повредит ему, а не режиму, потому что поклонники от него отвернутся. Сегодня рокеры -- это 15 -- 16-летние подростки, которые просто стригутся и одеваются точно так же, как их кумир. Закономерная тенденция -- активные неформалы, которые ходят в тусовку как на службу, -- это все чаще подростки, ребята постарше занимаются делом.

Больше всего меня беспокоят набирающие силу скин-хеды, среди которых иногда попадаются очень умные и начитанные ребята. И когда я одного такого умного скина спросила, на что опирается его расизм, он прочитал мне целую лекцию о принципиальных морфологических отличиях мозга белого человека от мозга негра. Какой-то там его любимый ученый нашел ответ на вопрос, почему европеоидная цивилизация -- это Интернет и небоскребы, а в Конго до сих пор каменный век. Сами идеологи не пойдут отлавливать негров и евреев на улицах. Но есть море решительных ублюдков, которые, наслушавшись их, пойдут с удовольствием это делать. Они легко верят, что негры заполонили страну, завезли наркотики и насилуют наших девушек. Когда у одного такого я спросила, а разве не занимаются тем же русские, он не смог ничего ответить, кроме «тоже козлы, но хоть свои». Меня успокаивает только то, что основу этих агрессивных групп составляют совсем уж подростки, которые, может быть, перебесятся и станут вполне нормальными. Им просто по возрасту положено сбиваться в шумные толпы.

Есть распространенное мнение, что новые неформальные объединения появляются у нас искусственно и вообще это фактор коммерческий, а не социальный. Еще давно, когда из неформалов и известны-то во всем мире были только хиппи, панки да рокеры, среди взрослых шли разговоры, что вся эта альтернативная культура придумана продавцами наркотиков и противозачаточных средств. Однозначно утверждать ничего нельзя, но то, что взрослые дяди научились зарабатывать на молодых деньги -- это факт. Если байкерскую философию придумали продавцы мотоциклов -- это очень умно. Чтобы стать роллером, надо по меньшей мере купить роликовые коньки. Чтобы называться интернетчиком, надо обзавестись приличным компьютером, стать абонентом платной сети Интернет. Еще одно компьютерное объединение -- думстеры, фанатеют от игры DOOM, которая на дисках стоит приличных денег. У нас два года назад прочно осела так называемая рэйверская культура (поклонники музыкального стиля рэйв), так о них во всех странах говорят, будто придумано все это производителями наркотика «экстази», потому что рэйв-клубы и «экстази» во всем мире вещи нераздельные.

Степан ОРЛОВ -- председатель московского клуба
молодых избирателей и парламентариев.

Социальная мобильность в стране такова, что когда наш небогатый тинейджер видит своего ровесника, который за два года заработал себе на «БМВ», это его только подхлестывает к работе. В Германии общество настолько устоявшееся, что здравомыслящий человек не может рассчитывать заработать на ту же «БМВ» раньше чем к сорока годам. Поэтому немецкая молодежь идет на митинги, а наша занимается делом.

Фото А. Басалаева, М. Штейнбока, РИА-НОВОСТИ