ПРИНЦЕССА ИЗ СКАЗКИ

Те, кого мы любили

НЕСКОЛЬКО ФАКТОВ

Впервые принц Чарльз увидел Диану как бы случайно, в 1977 году, когда был на охоте -- по приглашению семьи Спенсеров в их фамильном поместье в городе Сандрингэм на востоке Англии.
24 февраля 1981 года они обвенчались. Свадьба же состоялась несколько месяцев спустя -- 29 июля.
Уже через год после свадьбы у них появился первый ребенок, а спустя два года -- второй. Первые сообщения об их семейных неурядицах появились в 1985 году. У Дианы началась нервная депрессия. Молодая чета продолжает жить, как будто ничего не происходит, -- на публике. На деле они уже жили раздельно.
В июне 1992 года выходит книга «Диана. Правдивый рассказ», где принцесса предстает перед читателями обманутой мужем.
9 декабря 1992 года в парламенте премьер-министр Джон Мейджор официально объявляет о формальном прекращении совместной семейной жизни принца и принцессы.
В сентябре 1994 года после публикации книги Анны Пастернак «Влюбленная принцесса» становится известным факт адюльтера Дианы с офицером Джеймсом Хьюитом. В результате бракоразводного процесса, который длился целый год, 28 августа 1996 года закончился брак принца и принцессы Уэлльских.

МИР ПОТРЯСЕН.
МИР СКОРБИТ, НЕГОДУЕТ, ПРОЛИВАЕТ СЛЕЗЫ...

Эта молодая, элегантная, живая... ну просто потрясающей красоты женщина, кажется, побила все рекорды популярности. Она затмила славу любимых звезд кино, спорта, искусства, бизнеса, науки, политики (и жен политиков: вспомним обожание, которое окружало Жаклин Кеннеди)...

В этой женщине мир нашел героиню романтической сказки -- «о принцах и принцессах». (Ей предстояло стать британской королевой, когда ее супруг принц Чарльз унаследует власть от матери, нынешней королевы Елизаветы Второй.) И вместе с тем она была персонажем современной реалистической драмы.

Суровая проза ее жизни состояла в том, что за все хорошее ей нужно платить очень высокой ценой, платить сполна -- подчас такой ценой, что возникает вопрос: а не послать все к черту? Не зря -- попытки суицида, не зря -- грань нервного срыва, за которым...

Она платила по всем счетам.

Платила за право оставаться собой и поступать по совести.

Платила за право разойтись с супругом, когда не видишь с его стороны любви.

За право быть честной, говорить правду о себе и о других, дружить и общаться не с тем, кто хорош, а кто люб...

Сила ее характера, гордость ее натуры проявились прежде всего в том, что она по собственному выбору отказалась от перспектив занять королевский трон. Отказалась от почестей, влияния, власти, богатства. Лишь бы не заниматься притворством, самообманом.

Но и этот выбор не освободил ее от самой себя, от собственных ошибок.

Разведясь с королевских кровей супругом, который ее с момента женитьбы обманывал, у которого все годы супружества с Дианой была пассия, замужняя дама «голубых кровей», она тут же попалась на удочку прохиндея -- придворного офицера, который поспешил продать историю их любви, выступил автором низкопробной книжонки «мемуаров»... Все на продажу!

Но в конце концов нашла друга по сердцу, богатого, но отнюдь не аристократа, и даже не англичанина, а иностранца (египтянина!), рядом с которым она расцвела и удивительно похорошела.

Но... счастье длилось недолго. Оба погибли вместе в один день.

Все требуют принятия запретительных мер, ограничивающих произвол и жадность репортеров и редакторов бульварных изданий.

Взятое из итальянского словечко «папарацци» вошло в мировой язык после появления на экранах фильма Федерико Феллини «Сладкая жизнь». Там Папарацци -- имя собственное дешевого репортера -- был показан за работой на знаменитой улице Виа Венето в Риме.

Британский королевский двор не любил Диану еще и потому, что она не раз высказывала критическое отношение к родовой знати. Говорила открыто, что предпочитает общение с простыми людьми, которых она лучше понимает.

Члены королевского двора принимали эти заявления как камешки в свой огород, пылали обидой и возмущением. Зато английские простолюдины видели в ней «свою в доску» -- и отвечали искренней любовью.

Принцесса Диана с увлечением, «от сердца» занималась благотворительностью, добывала пожертвования и тратила собственные средства на богоугодные начинания.

Она часто посещала больницы и сиротские приюты. Она утешала умирающих от рака и СПИДа. Она не боялась прикасаться к страдающим неизлечимыми болезнями, к тем больным, от которых отказались родные и близкие.

Она, наконец, с не меньшим увлечением занималась миролюбивой дипломатией, представляя свою родину, Англию, в других странах.

Она еще много хорошего в жизни могла бы успеть сделать. Талантливые люди всегда крупнее, значительнее, чем схемы, в которые их пытаются втолкнуть силой.

Красота, особенно добрая, теплая, человечная, это ведь тоже талант -- и дар Божий. Трудно -- а теперь и вовсе невозможно -- представить ее утратившей обаяние и оптимизм, сгорбившейся, поникшей, увядшей.

Нет, ее всегда будут вспоминать молодой, сказочно красивой. Без нее жизнь станет -- уже стала -- серее, скучнее, преснее. Хорошо, что она была.

У НЕЕ БЫЛО ВСЕ. НЕ БЫЛО ТОЛЬКО СЧАСТЬЯ

Бульварная пресса снова у дел.
Только теперь, когда исчезли поводы для сплетен,
стали рождаться версии.

Наверное, это звучит кощунственно. Но вполне может быть, что смерть для принцессы Дианы была избавлением. От несчастной земной жизни. И подтверждением этому может служить то, что ушла она добровольно...

Она умирала в госпитале три часа. Причем травмы ее не были так уж окончательно несовместимы с жизнью. Генерал Романов пострадал в Чечне больше, но до сих пор яростно держится за призрачное существование. Просто ему есть к кому возвращаться.

Принцессе возвращаться было не к кому. И, вероятно, когда она пролетела по темному коридору, о котором сообщают многие прошедшие через клиническую смерть, и увидела свет, и почувствовала тепло, и бесконечно ласковый голос спросил ее, хочет ли она вернуться, ибо еще не поздно, Диана ответила: «Нет!» И ушла за реку, с другого берега которой нет возврата уже ни для кого...

Так рассказал мне знакомый экстрасенс, как и все, переживающий горечь потери принцессы-мечты и попытавшийся заглянуть в ее последние минуты.

И я ему верю. Потому что -- ну в самом деле, к кому ей было возвращаться? К бывшему мужу «с лицом павиана-аутсайдера», предпочитавшего ее красоте «кобылообразную любовницу»? (Не швыряйте камни, ревнители дипломатической вежливости, -- я всего лишь повторяю эпитеты английской прессы!) К свекрови, возненавидевшей невестку, как только выяснилось, что она по всем параметрам -- и особенно по любви народной -- далеко превосходит ее сына-неудачника? К двум принцам-сыновьям? К ним -- да, наверное, но они так или иначе обречены на отдаление от нее, извергнутой из королевского дома.

А кроме этого, ради какой жизни возвращаться из беспредельного света и добра? Чтобы вновь прятаться по отелям, не имея возможности вести даже нормальную сексуальную жизнь без того, чтобы это не стало предметом для пересудов бульварных газетенок? Чтобы до конца жизни находиться под колпаком королевской семьи, ревниво следящей за ее нравственностью? Чтобы снова получать болезненные удары от тех, кому верила?

И по здравом размышлении оказывается, что экстрасенсам можно верить или нет -- но если Кто-то или Что-то могло предложить Диане более счастливую альтернативу ее здешнему земному существованию, то выбор ее был бы предсказуем.

Фото Fotobank/Reх, REUTER